Дорожная » Knowledgebase
Препарат для повышения потенции дженерик Силденафил. . cheap auto insurance illinois

Остеопороз в практике терапевта

Чл.-корр. РАМН, профессор Е.Л. Насонов
Институт ревматологии РАМН, Москва

Остеопороз – болезнь скелета, при которой, несмотря на нормальную минерализацию костной ткани, наблюдается снижение костной массы и нарушение целостности (структуры) костной ткани (рис. 1 и 2). Основное последствие остеопороза – увеличение «хрупкости» костей, что приводит к их переломам после минимальной травмы (рис. 3).

 

 

Рис. 1. Определение остеопороза

Рис. 2. Схема развития остеопороза

Рис. 3. А. Рентгенологическое исследование позвоночника у пациента с тяжелым переломом Т12 и умеренным переломом L3
Б. Через 3 года развился новый перелом L2

Выделяют две основные формы первичного остеопороза: тип I и тип II. Остеопороз типа I (с высоким костным метаболизмом) встречается у 5–20% женщин, наиболее часто в возрасте 50–75 лет. Его развитие связывают со снижением синтеза эстрогенов в период менопаузы. Остеопороз типа II (с низким костным обменом), или сенильный остеопороз, связан с нарушением координации процессов резорбции и формирования костной ткани, развивается с одинаковой частотой у женщин и у мужчин. Таким образом, у пожилых женщин одновременно может иметь место и постменопаузальный, и сенильный остеопороз.

Вторичный остеопороз обычно является осложнением различных заболеваний (эндокринных, воспалительных, гематологических, гастроэнтерологических и др.) или лекарственной терапии (например, глюкокортикоидный остеопороз).

Значение остеопороза

Важнейшая роль остеопороза, как фактора риска переломов, недооценивается медицинской общественностью. Хотя после 65 лет треть женщин имеют остеопороз, подавляющее большинство не подозревают о заболевании. При анализе материалов некоторых крупных американских клиник оказалось, что врачи не уделяли внимание остеопорозу и не давали соответствующих рекомендаций по его профилактике подавляющему большинству женщин среднего возраста, у которых в дальнейшем развились остеопоретические переломы. В то же время остеопороз одна их ведущих причин инвалидности и сокращения продолжительности жизни у лиц пожилого возраста. У женщин в возрасте старше 50 лет риск остеопоретических переломов сопоставим с риском рака молочной железы и сердечнососудистых заболеваний. По некоторым оценкам в мире каждый год остеопоретические переломы развиваются у более чем 1 млн. человек. В целом частота остеопоретических переломов позвоночника у женщин в возрасте около 60 лет колеблется от 25% до 60%, а в возрасте 90 лет треть женщин и 17% мужчин переносят остеопоретические переломы бедра. Пациенты с переломами бедра в возрасте старше 45 лет составляют значительную часть стационарных больных, превосходя в этом отношении другие распространенные заболевания у женщин, такие как рак молочной железы и сахарный диабет. Переломы бедра причина смерти у 2,8% людей среднего возраста, а 1436% лиц пожилого возраста после этих переломов умирают в течение первого года. У женщин даже безобидные (по сравнению с переломами бедра) переломы позвоночника ассоциируются с выраженным увеличением смертности от сопутствующих заболеваний, например, патологии легких. Это связывают с развитием характерного осложнения позвоночных переломов кифоза, приводящего к увеличению нагрузки на легкие. Развитие первого перелома позвоночника в 4 раза увеличивает риск повторных переломов позвоночника и в 2 раза переломов бедра.

С чем связано развитие остеопороза?

Развитие остеопороза и остеопоретических переломов определяется сложным взаимодействием многих факторов, которые реализуются на нескольких уровнях: всего организма, клеточном и молекулярном. Клеточные и молекулярные механизмы имеют генетическую основу и связаны с нарушением синтеза медиаторов, принимающих участие в метаболизме (ремоделировании) костной ткани: гормонов (половые гормоны, паратиреоидный гормон, витамин D, лептин и др.), цитокинов, факторов роста и др.

Основной механизм развития остеопороза у женщин дефицит эстрогенов, причинами которого являются менопауза, овариэктомия, отсутствие беременности и др. Примечательно, что беременность и кормление грудью существенно не увеличивают риск развития остеопороза. В течение первых 5 лет после менопаузы отмечается существенное увеличение риска остеопоретических переломов костей предплечья и позвоночника, но не бедра. Однако, как уже отмечалось, эти не опасные переломы являются сильными предикторами риска переломов бедра в более пожилом возрасте.

Витамин D играет важнейшую роль в абсорбции кальция и регуляции нормального роста костей. Снижение его уровня приводит к уменьшению абсорбции кальция и увеличению синтеза паратиреоидного гормона (ПТГ), который стимулирует костную резорбцию, вызывая тем самым потерю костной массы. Женщины в постменопаузе особенно чувствительны к ォрезорбтивномуサ действию ПТГ. У женщин в постменопаузе, перенесших переломы шейки бедра, снижение витамина D и увеличение паратиреоидного гормона наблюдается чаще и выражено в большей степени, чем у женщин с остеопорозом или без остеопороза, не имевших этих переломов.

Семейногенетические и близнецовые исследования свидетельствуют о том, что генетические факторы во многом определяют плотность костной ткани. Например, синтез витамина D находится под генетическим контролем. Генетические мутации приводят к нарушению образования некоторых типов коллагена, играющих важную роль в формировании кости. К другим генетическим дефектам относится дефицит эстрогеновых рецепторов и лептинов. Лептин гормон, который вырабатывается в мозгу, повышение его уровня ассоциируется с низкой массой тела, а дефицит с ожирением. У мышей с генетической мутацией, приводящей к дефициту лептина (так называемый ген тучности), наблюдается ожирение, сочетающееся с необычно высокой прочностью костей. Эти данные позволяют прийти к парадоксальному выводу о том, что патология ЦНС может играть важную роль в развитии остеопороза.

Кроме того, необходимо иметь в виду, что у лиц с нормальной минеральной плотностью кости в молодом и среднем возрасте (пиковая костная масса), ее снижение в пожилом возрасте может никогда не достигнуть такой выраженности, чтобы это привело к существенному риску остеопоретических переломов. Напротив, у лиц с низкой минеральной плотностью кости остеопоретические переломы могут развиваться, даже несмотря на относительно небольшое снижение этого показателя с возрастом.

Как заподозрить остеопороз?

Не только пациенты, но и многие врачи путают остеопороз с артритом. Для того чтобы заподозрить остеопороз, они ожидают появления таких симптомов, как отеки и боли в суставах. Однако, хотя остеопороз нередко развивается у пациентов с артритами, это разные заболевания. К сожалению, как правило, наличие остеопороза становится очевидным только после развития переломов костей. Наиболее характерные формы остеопоретических переломов компрессионные переломы позвоночника, переломы дистального отдела лучевой кости и проксимального отдела бедренной кости (перелом бедра), которые обычно возникают после минимальной травмы.

Компрессионные переломы позвоночника обычно проявляются острыми, а затем хроническими болями в спине. Однако у некоторых пациентов болей не отмечается. Следует подчеркнуть, что выраженность компрессии позвонков не коррелирует с интенсивностью болей в позвоночнике. Фактически около 60% женщин с компрессионными переломами позвоночника не подозревают об их развитии. Это связывают с постепенным развитием компрессии позвонков. В одном исследовании было показано, что в течение 4х лет наблюдения новые позвоночные переломы развились у 371 из 7223 женщин. При этом увеличение интенсивности болей в спине отметили 22% женщин без новых переломов и 38% с новыми переломами. Боли при остеопоретических переломах позвоночника обычно длятся в течение 12 месяцев, локализуются в нижней части спины, сопровождаются мышечным спазмом, а затем постепенно их интенсивность уменьшается. При наличии стойких выраженных болей следует провести соответствующее обследование для исключения других причин переломов, в первую очередь миеломы и костных метастазов. Кроме того, стойкие боли могут быть связаны с повторными переломами, мышечным спазмом, болезнями позвоночника. Характерный признак повторных переломов позвоночника снижение роста и грудной кифоз (вдовий горб).

Поскольку переломы позвоночника являются сильными факторами риска повторных переломов и во многих случаях протекают бессимптомно, проведение рентгенологического исследования позвоночника показано всем лицам, имеющим факторы риска остеопороза. Существует относительно немного клинических факторов риска, которые могут быть успешно применены для активного выявления больных с остеопорозом. К наиболее существенным относятся преждевременная менопауза, длительное лечение глюкокортикоидами (ГК), наличие некоторых заболеваний и переломов до 45 лет, низкий индекс массы тела (< 19 кг/м2) и семейный анамнез по переломам костей скелета. Если таких факторов риска больше двух, вероятность переломов возрастает на 30% и более в любом возрасте. Все эти факторы, а также выявление рентгенологических признаков остеопении и/или остеопороза являются показаниями для более детального обследования пациентов и определения минеральной плотности кости (МПКТ) с помощью методов костной денситометрии. Следует иметь в виду, что хотя снижение костной плотности (ォдеминерализацияサ) выявляется при рентгенологическом исследовании, кости могут выглядеть абсолютно нормальными, даже несмотря на потерю более 30% костных минералов.

Что дает костная денситометрия?

Костная денситометрия, позволяющая определить МПКТ (количество кости), основной метод диагностики остеопороза и в принципе может проводиться любым стандартизованным методом. Однако золотым стандартом в настоящее время является биэнергетическая рентгеновская абсорбциометрия (DXA), с помощью которой можно с высокой чувствительностью и воспроизводимостью определять МПКТ в наиболее важных с точки зрения риска остеопоретических переломов участках скелета позвоночнике и бедренной кости. Для диагностических целей были предложены два пороговых значения МПКТ. Значение МПКТ (Тиндекс) на 2,5 стандартных отклонения ниже средней МПКТ у взрослых женщин (пиковая костная масса) свидетельствует об остеопорозе (высокий риск остеопоретических переломов), а на 1 стандартное отклонение об остеопении. Определение тяжелый остеопороз используется в тех случаях, когда у пациента в прошлом уже имел место один (или более) остеопоретический перелом. Риск переломов примерно удваивается при уменьшении МПКТ на одно стандартное отклонение от пиковой костной массы и если пациент уже перенес остеопоретический перелом. Определение МПКТ для оценки риска переломов сравнимо по эффективности с оценкой риска инсульта по данным определения артериального давления (АД), поскольку значение АД распределяется в популяции так же, как и МПКТ. Хотя не существует абсолютного порогового значения МПКТ, которое бы позволяло с точностью прогнозировать, перенесет или нет данный человек перелом костей скелета, определение МПКТ для прогнозирования риска переломов костей, по крайней мере, столь же эффективно, как определение АД для прогнозирования инсульта, и значительно эффективнее, чем определение холестерина сыворотки для прогнозирования риска инфаркта миокарда.

Выбор участка скелета для измерения МПКТ зависит от ряда факторов. Поскольку остеопороз это системное заболевание, то потеря костной массы происходит во всех участках скелета, хотя и неравномерно. Поэтому в принципе для диагностики остеопороза МПКТ можно определять в любом участке скелета. Однако так как корреляция между значениями МПКТ различных участков скелета недостаточно высока, выявление остеопороза в одном участке скелета не обязательно указывает на развитие остеопороза в других участках. Следовательно, предпочтительней определять МПКТ в участках, наиболее значимых с точки зрения риска остеопоретических переломов. Как уже отмечалась, самое тяжелое осложнение остеопороза в пожилом возрасте переломы бедра, для прогнозирования риска которых определение МПКТ шейки бедра или всего бедра более информативно, чем других участков скелета. В то же время динамика МПКТ позвоночника более заметна в ранний период постменопаузы или на фоне антиостеопоретической терапии, чем динамика МПКТ бедренной кости или предплечья. Поэтому для ранней диагностики остеопороза и оценки эффективности антиостеопоретической терапии определение МПКТ позвоночника предпочтительней, чем других участков скелета. Следует, однако, иметь в виду, что развитие остеомаляции (заболевание пожилого возраста, при котором нарушена минерализация костной ткани), дегенеративное поражение позвоночника, наличие предшествующих переломов и др. затрудняют корректное определение МПКТ в позвоночнике. Развитие коксартроза в меньшей степени влияет на результаты определения МПКТ, чем остеохондроза. Поэтому у лиц старше 65 лет для диагностики остеопороза следует ориентироваться на МПКТ проксимального отдела бедра, а не позвоночника.

Каковы показания для костной денситометрии?

Общепринятые рекомендации, касающиеся показаний к денситометрическому обследованию для активного выявления пациентов с остеопорозом до сих пор не сформулированы. Это исследование обычно проводится у пациентов, уже перенесших нетравматические переломы или при наличии очевидных факторов риска остеопороза: переломы бедра у кровных родственников, курение, низкий вес, лечение глюкокортикоидами, наличие хронических заболеваний, для которых характерно развитие остеопороза (рис. 4). Однако поскольку не у всех пациентов с ォсильнымиサ факторами риска обнаруживается остеопороз, и, напротив, остеопороз может иметь место у пациентов без факторов риска, показания для костной денситометрии могут быть более широкими.

Рис. 4. Показания для определения МПКТ у женщин

С какими заболеваниями необходимо дифференцировать остеопороз?

Данные анамнеза, осмотра пациентов и лабораторных исследований позволяют решить следующие задачи:

Исключить заболевания, которые могут быть приняты за остеопороз. Выявить причины остеопороза и предрасполагающие факторы. Оценить тяжесть остеопороза для определения прогноза болезни, т.е. вероятности последующих переломов. Выбрать наиболее адекватный метод лечения. Провести базовое обследование для последующего наблюдения за развитием болезни.

Очевидно, что не все переломы костей скелета обязательно связаны с остеопорозом. В процессе дифференциальной диагностики необходимо иметь в виду следующие заболевания: травма, патологические переломы, связанные со злокачественными новообразованиями, остеомаляция, болезнь Педжета, фиброзная дисплазия, периферическая нейропатия и др. С другой стороны, развитие остеопороза характерно для широкого круга заболеваний, многие из них легко диагносцируются в процессе сбора анамнеза или при осмотре пациентов. При осмотре следует обратить внимание на увеличение щитовидной железы, гепатомегалию, кушингоид, кожную сыпь, желтуху, признаки гипогонадизма. На поиск этих заболеваний врача также должны настроить необычные проявления остеопороза, например, развитие остеопороза в возрасте до 50 лет и остеопороза у мужчин. Снижение МПКТ, не соответствующее возрасту пациента, служит основанием для поиска вторичных факторов как у мужчин, так и у женщин. Следует иметь в виду, что некоторые относительно распространенные заболевания, такие как диффузный токсический зоб или дефицит витамина D, в пожилом возрасте могут быть клинически не очевидны. Поэтому у ряда пациентов может потребоваться проведение соответствующих дополнительных исследований. Потеря костной массы и переломы часто связаны с развитием остеомаляции и злокачественных новообразований. Остеомаляция характеризуется дефектами минерализации костного матрикса, чаще всего вызванными нарушением потребления, выработки или обмена витамина D. К другим причинам относятся нарушение транспорта фосфатов или длительный прием некоторых препаратов, таких как соли алюминия (и других фосфатсвязывающих антацидов), больших доз препаратов фтора, бисфосфонатов первого поколения (этидронат) и противосудорожных препаратов. Остеомаляция может быть заподозрена на основании анамнеза и изменения биохимических показателей, а именно снижения уровня кальция в сыворотке и моче, фосфатов и 25гидроксивитамина D в сыворотке, а также увеличения концентрации щелочной фосфатазы и ПТГ. Для подтверждения дефекта минерализации иногда необходимо проведение биопсии подвздошной кости после проведения метки тетрациклином. Диффузный остеопороз (с или без патологических переломов) часто встречается у пациентов с множественной миеломой. О развитии этой патологии могут свидетельствовать сильные боли в костях, увеличение СОЭ, протеинурия БенсДжонса, а для подтверждения диагноза используют стернальную пункцию и электроиммунофорез сыворотки и мочи. Патологические переломы, вызванные костными метастазами, могут напоминать остеопоретические переломы. Наконец, переломы позвоночника при остеопорозе следует дифференцировать от деформации позвоночника, вызванной другими заболеваниями, такими как сколиоз, остеоартроз и болезнь ШейерманаМау, что делает актуальным проблему адекватного лечения этих заболеваний.

Профилактика и лечение остеопороза и остеопоретических переломов

Профилактика остеопороза подразумевает рекомендации для лиц молодого возраста в отношении увеличения пиковой костной массы, а для лиц пожилого возраста с остеопорозом в отношении профилактики случайных потерь равновесия. Лечение остеопороза в первую очередь направлено на снижение риска остеопоретических переломов (рис. 5 и 6).

Рис. 5. Остеопороз: алгоритм обследования и лечения женщин 50-75 лет

Рис. 6. Остеопороз: алгоритм обследования и лечения женщин > 75 лет

Важное значение в профилактике (или снижении скорости прогрессирования) остеопороза имеет изменение образа жизни, то есть отказ от вредных привычек (курение, злоупотребление алкоголем, кофеином) и регулярные физические упражнения. Для снижения риска переломов следует избегать внезапных потерь равновесия, которые могут быть связаны с нарушением зрения, ортостатической гипотонией, приемом транквилизаторов и др.

Полагают, что одной из частых причин остеопороза является дефицит (обычно субклинический) кальция и витамина D, который приводит к увеличению уровня паратиреоидного гормона (ПТГ). Имеются данные о том, что это состояние широко распространено в популяции и может иметь место не только у очень пожилых пациентовинвалидов, но и у пациентов более молодого (около 60 лет) возраста. Адекватное потребление кальция и витамина D приводит к снижению частоты позвоночных и непозвоночных переломов, включая переломы бедра. Примечательно, что прием только витамина D без кальция, как и кальция без витамина D не оказывает столь положительного влияния на МПКТ и риск переломов костей скелета, как сочетанный прием кальция и витамина D. Потребление 800 МЕ витамина D и 1200 мг элементарного кальция в сутки рекомендуется всем лицам в возрасте старше 60 лет. К сожалению, в молоке (основной источник витамина D в пище) содержится недостаточное количество витамина D (только 100 МЕ витамина D на 250 мл). Поэтому следует настоятельно рекомендовать всем лицам этой возрастной группы дополнительный прием препаратов кальция и витамина D в дозе не менее 400800 МЕ витамина D и 10001200 мг элементарного кальция в зависимости от особенностей питания. Необходимо также иметь в виду, что для оптимального лечения всех форм остеопороза с использованием любых антиостеопоретических препаратов требуется назначение оптимальных доз кальция и витамина D в качестве базовой терапии. Прием кальция и витамина D рассматривается, как минимально необходимая терапия у всех пациентов, которым планируется проведение длительной глюкокортикоидной терапии. Весьма эффективными препаратами, лечение которыми приводит к увеличению костной массы и снижению риска преломов позвоночника, являются активные метаболиты витамина D (кальцитриол и особенно альфакальцидол). Однако прием этих препаратов увеличивает риск гиперкальциемии, что требует тщательного мониторинга. Роль других витаминов (К, В12, С и А) не ясна. Более того, избыточное потребление витамина с пищей может приводить к снижению МПКТ.

Наиболее эффективными антиостеопоретическими препаратами являются бисфоcфонаты, кальцитонин, эстрогены и селективные модуляторы эстрогеновых рецепторов (ралоксифен и др.) (табл. 1). Установлено, что эти препараты уменьшают риск первых и повторных позвоночных переломов и переломов бедра (бисфосфонаты, и, вероятно, кальцитонин) у женщин с остеопорозом (Тиндекс шейки бедра меньше

Постоянный адрес материала:

Остеопороз в практике терапевта

Оценка заметки


Открыт белок, который может помочь в лечении хореи Хантингтона

Американские биохимики синтезировали белок, который тормозит и иногда даже останавливает тяжелейшее нейродегенеративное заболевание – хорею Хантингтона.

Терапевтические свойства этого вещества подтверждены лишь экспериментами на дрозофиле, и в своем нынешнем виде оно не готово для клинических испытаний. Тем не менее, создатели нового белка полагают, что их работа ускорит появление лекарств против пока еще неизлечимой болезни Хантингтона. Эта информация содержится в статье, опубликованной в апрельском выпуске журнала Nature Genetics.

Постоянный адрес материала:

Открыт белок, который может помочь в лечении хореи хантингтона

Оценка заметки


Доброкачественная гиперплазия предстательной железы. Современные возможности лечения

И.В. Лукьянов

Доброкачественная гиперплазия предстательной железы (ДГПЖ) является наиболее широко распространенным доброкачественным новообразованием у мужчин старшего возраста. Распространенность выявляемой гистологически гиперплазии возрастает с возрастом.

К 60 годам , по данным разных авторов, от 13 до 50% мужчин страдают этим заболеванием , а к 90–летнему возрасту примерно у 90% мужчин имеются морфологические изменения, свойственные для ДГПЖ. В среднем у половины таких пациентов происходит макроскопическое увеличение железы, а у 25% больных развиваются клинические симптомы, требующие лечения [4,6,7]. Социальная значимость и актуальность этой проблемы подчеркивается демографическими исследованиями ВОЗ, свидетельствующими о росте населения планеты в возрасте старше 60 лет, причем его темпы существенно опережают рост численности населения в целом. Указанная закономерность характерна и для нашей страны. По различным оценкам, к 80–летнему возрасту каждый 4–й мужчина будет нуждаться в лечении по поводу гиперплазии предстательной железы. Многочисленные клинические проявления и симптомы ДГПЖ крайне разнообразны и зависят от прогрессирования заболевания, соматического и психического статуса, возраста, социального положения и медицинской осведомленности. Симптомы проявления ДГПЖ различные, не носят специфического характера и весьма разнообразные, в связи с чем существуют разногласия по поводу интерпретации результатов диагностических обследований. Оценка симптомов (их интенсивности, степени, частоты, длительности и значимости) часто бывает субъективной и зависит не только от пациента, но и от квалификации лечащего уролога. Такой субъективизм не только затрудняет диагностику и прогноз при ДГПЖ, но и не позволяет объективно сравнивать результаты лечения в разных клиниках и тем самым оценивать эффективность разнообразных методов консервативного и оперативного лечения. Только в последние два десятилетия в большинстве стран мира, в том числе и в России, наметилась тенденция к формированию единых принципов оценки и интерпретации симптомов ДГПЖ. Эта оценка базируется на уточнении не только каждого симптома и их совокупности, но и их корреляции с данными объективного обследования, возможности которого резко возросли в настоящее время в связи с появлением новых технологий. Большинство симптомов ДГПЖ сопровождают и два других заболевания предстательной железы – рак и простатит. Этим следует объяснить необходимость дифференциальной диагностики при обследовании больных с различными видами нарушения мочеиспускания. Проблема диагностики и лечения доброкачественной гиперплазии предстательной железы в настоящее время относится к наиболее динамично развивающимся областям урологии. Основой произошедших революционных изменений стали фундаментальные исследования в области молекулярной биологии, физиологии, иммунологии, морфологии и гормональной регуляции предстательной железы, детальное изучение вопросов эпидемиологии, этиологии и патогенеза заболевания, а также внедрение в медицинскую практику высокотехнологичных достижений научно–технического прогресса.

Клинические проявления доброкачественной гиперплазии предстательной железыопределяются препятствиями на пути потока мочи и, соответственно, нарушениями привычного акта мочеиспускания – типичный симптомокомплекс, который является ведущим при всех многообразиях роста гиперплазированных узлов (табл. 1). Изменения акта мочеиспускания определяются обструкцией предстательной части мочеиспускательного канала, который циркулярно или сегментарно охватывается аденоматозными узлами, вытягивается в длину и деформируется. Характерная клиническая картина у пожилого пациента при первом посещении сразу позволяет врачу ассоциировать жалобы с развитием ДГПЖ. В начальной стадии пациент отмечает только незначительные расстройства мочеиспускания, причем превалирует учащение, особенно в ночное время. Первым признаком начинающегося заболевания является именно никтурия , что нарушает сон и в связи с этим вызывает обеспокоенность пациента. Если состояние не утяжеляется новыми симптомами, он примиряется с возникающим неудобством и к урологу не обращается.Функционально нарушения мочеиспускания компенсируются мышцами детрузора, которые легко преодолевают возникшее препятствие. В практической урологии довольно широкое распространение получило деление на симптомы обтурации и симптомы раздражения [9]. При таком разделении стараются подчеркнуть не только характер симптомов, но и их различия по тяжести. Обструктивные симптомы более опасны в прогностическом плане и как бы нацеливают на оперативное лечение. Ирритативные симптомы, хотя и значительно снижают качество жизни, менее опасны и могут быть ликвидированы при правильном консервативном лечении.

ДГПЖ оказывает существенное влияние на качество жизни пациента . Чем тяжелее симптомы, тем хуже качество жизни пациента и тем больше их влияние на его повседневную деятельность (табл. 2). Однако очевидно, что выделение обструктивных симптомов и определение количества остаточной мочи могут служить только основой для предварительного представления о заболевании и его прогнозе. Часто при выборе метода терапии ДГПЖ нужно ориентироваться на преобладание в картине заболевания группы из тех или других жалоб [3,5]. Как правило, обструктивные и ирритативные симптомы в той или иной степени наблюдаются у одного и того же больного и нет прямой зависимости между выраженностью этих проявлений и тяжестью состояния по данным объективного обследования [15]. Это положение несколько снижает их значимость и делает разделение на обструктивные и ирритативные симптомы в значительной степени искусственным. Становится очевидным, что необходимо выработать более объективный подход к оценке симптомов ДГПЖ. Этим обстоятельством, видимо объясняется появление различных систем подсчета и выведения индекса симптомов. Для количественной оценки жалоб пациента и наблюдаемых симптомов рекомендуется пользоваться анкетой («Индекс симптомов», разработанный Американской урологической ассоциацией) [10], заполняемой самим больным (табл. 3). Шкала оценки симптомов классифицирует их по тяжести, разделяя на мягкие (0–7 баллов), умеренные (8–19 баллов) и тяжелые (20–35 баллов). Анкету следует использовать при планировании лечения и во время последующих плановых осмотров больного. Этот метод не является самостоятельным инструментом для диагностики ДГПЖ, так как симптомы, к которым относятся вопросы, характерны не только для этого заболевания. По рекомендациям Международного согласительного комитета по вопросам ДГПЖ для описания клинического статуса пациента могут быть использованы параметры S–L–Q–R–V–PQ (табл. 4). При постановке диагноза врачом–урологом учитывается достаточно большое количество симптомов и исходных данных (результаты инструментальных тестов, история болезни и т.д.). Однако показано, что число признаков, эффективно рассматриваемых врачом при постановке диагноза, как правило, не превышает 15 и при диагностике возникает около 50 тыс. различных комбинаций. Каждый врач–уролог рассматривает свой набор признаков. Однако при использовании компьютерных методов диагностики можно увеличить число рассматриваемых критериев, так как практически нет ограничений по сложности и количеству перебираемых вариантов. Компьютерные информационные системы в настоящее время успешно используются для автоматизации многих аспектов человеческой деятельности, например, для поддержки документооборота и информационных процессов. Однако применение компьютеров в медицине не ограничивается вспомогательными учетными функциями – оно связано с попыткой автоматизации диагностики и вовлечения ЭВМ непосредственно в процесс лечения больного. Международными согласительными комитетами и группами экспертов–урологов определено понятие «стандартный» больной . Критерии исключения из понятия «стандартный больной»: – возраст менее 50 лет; – наличие рака простаты; – проводившаяся ранее терапия по поводу гиперплазии простаты, не принесшая положительных результатов; – резистентный к терапии сахарный диабет, диабетическая нейропатия; – наличие в анамнезе или при физикальном обследовании признаков неврологического заболевания; – наличие в анамнезе хирургических вмешательств или травм в тазовой области; – прием лекарственных препаратов, способных воздействовать на мочевой пузырь.

Минимальный перечень диагностических мероприятий при обращении больного с расстройствами мочеиспускания должен включать: – сбор анамнеза; – измерение суммарного балла по международной системе суммарной оценки симптомов при заболеваниях предстательной железы по 35–бальной шкале (IPSS); – оценку качества жизни по 6–бальной шкале (QOL); – пальцевое ректальное исследование (ПРИ); – общий анализ мочи; – определение мочевины и креатинина сыворотки крови; – оценку морфофункционального состояния почек и верхних мочевых путей с помощью рентгеновских или радиоизотопных методов обследования; – ультразвуковое исследование предстательной железы, абдоминальное и трансректальное; – уродинамическое исследование (урофлоуметрия); – определение наличия и количества остаточной мочи (RV); – определение уровня простатоспецифического антигена (ПСА) и в случае необходимости определение фракций ПСА – «свободного» простатоспецифического антигена крови. Дигидротестостерон является самым мощным ферметативным продуктом тестостерона и преобладающим андрогеном предстательной железы. Тестостерон превращается в ДГТ под воздействием фермента 5 ? –редуктазы. Существует 2 изоформы 5 ? –редуктазы (тип 1 и тип 2), которые кодируются разными генами – SRD5A1 и SRD5A2, соответственно. Роль фермента 5 ? –редуктазы выяснилась после того, как было обнаружено, что псевдогермафродиты мужского пола с дефицитом 5 ? –редуктазы (мутацией гена SRD5A2) характеризуются выраженным снижением ДГТ, нормальным уровнем тестостерона, малыми размерами предстательной железы (на протяжении всей жизни) и отсутствием развития ДГПЖ. Основанием для разработки ингибитора 5 ? –редуктазы 2 типа послужило то, что генетический дефицит этого фермента приводит к вовлечению ДГТ в рост и развитие предстательной железы. При этом 5 ? –редуктаза локализуется непосредственно в простате. Эти факты позволили предположить, что направленное ингибирование 5 ? –редуктазы 2 типа и, следовательно, ингибирование продукции ДГТ потенциально может влиять на важный причинный фактор ДГПЖ. Нарушение баланса внутриклеточных ферментов способствует бурному росту ДГПЖ, которая проявляется: – разрастанием гиперплазированной ткани простаты; – повышением активности и тонуса ? 1 –адренорецепторов; – нарушением метаболических процессов в ткани простаты, что приводит к расстройствам кровообращения и присоединению воспалительного процесса. Роль ДГТ в регуляции функции предстательной железы велика, т.к. без него простата не может развиваться, дифференцироваться, поддерживать и сохранять свои функции. В нормальной предстательной железе процессы пролиферации и гибели клеток находятся в динамическом равновесии. Это состояние поддерживается необходимым уровнем андрогенных стероидов.

Современные методы лечения ДГПЖ

Разработка и внедрение в медицинскую практику принципиально новых научных идей позволяет изменить отношение к диагностическому и лечебному процессу и коренным образом улучшить результаты лечения того или иного патологического состояния. Совокупность методов лечения ДГПЖ, в настоящее время находящих применение в клинической практике, представляет собой внушительный список и может быть представлена следующей классификацией.

I. Медикаментозная терапия.

II. Малоинвазивные нехирургические (альтернативные) методы лечения. 1. Неэндоскопические термальные методы: – экстракорпоральная пиротерапия; – трансректальная фокусированная ультразвуковая термоаблация; – трансуретральная радиочастотная термодеструкция; трансуретральная микроволновая (или радиоволновая) термотерапия; – трансректальная микроволновая гипертермия. 2. Баллонная дилатация. 3. Стентирование простатической уретры. 4. Эндоскопические термальные методы: – интерстициальная лазерная коагуляция (ИЛК); – трансуретральная игольная аблация (TUNA).

III. Хирургические методы лечения: 1. Открытая простатэктомия. 2. Трансуретральная резекция предстательной железы. 3. Трансуретральная электроинцизия простаты. 4. Трансуретральная электровапоризация простаты. 5. Трансуретральная эндоскопическая лазерная хирургия предстательной железы (вапоризация, аблация, коагуляция, инцизия и комбинации этих методик, в том числе и с ИЛК). 6. Трансуретральная криодеструкция простаты. Согласно рекомендациям 4–го совещания Международного согласительного комитета по проблеме ДГПЖ (1997) абсолютными показаниями к оперативному лечению являются: – задержка мочеиспускания (невозможность помочиться после хотя бы одной катетеризации, либо при невозможности катетеризации); – повторная массивная гематурия, связанная с ДГПЖ; – почечная недостаточность, обусловленная ДГПЖ; – камни мочевого пузыря; – повторная инфекция мочевых путей, вследствие ДГПЖ; – большой дивертикул мочевого пузыря. Несмотря на большие достижения современных высоких технологий, проведенная операция далеко не всегда дает блестящие результаты: – удовлетворены результатами лечения – 63%; – полностью не удовлетворенны результатами лечения – 21%; – возникновение новых расстройств мочеиспускания в послеоперационном периоде – 24%; – ощущение полного выздоровления– 59%.

Медикаментозное лечение ДГПЖ

Современная лекарственная терапия ДГПЖ, специально предназначенная для воздействия на предстательную железу, включает терапию ? –адреноблокаторами и другие лекарственные средства. Ближайшей задачей лечения ДГПЖ является облегчение симптомов, а долгосрочной задачей является замедление прогрессирования заболевания, сведение к минимуму нежелательных эффектов лечения и сохранение качества жизни.

Показания к проведению консервативного (медикаментозного) лечения ДГПЖ: – суммарный балл IPSS больше 8 и меньше 19; – QOL не менее 3 баллов; – максимальная скорость потока мочи (Q max ) не более 15 и не менее 5 мл/сек; – объем мочеиспускания не менее 100 мл; – объем остаточной мочи не более 150 мл; – наличие противопоказаний к оперативному лечению в связи с сопутствующими заболеваниями; – социальные причины, в частности, категорический отказ пациента от инвазивного метода лечения.

Противопоказания к назначению консервативного лечения ДГПЖ: – подозрение на рак простаты; – воспалительные заболевания нижних мочевых путей в стадии обострения; – нейрогенные нарушения; – рубцовый процесс в малом тазу; – камни мочевого пузыря; – значительных размеров «средняя доля»; – частые приступы макрогематурии и тяжелая степень почечной и печеночной недостаточности; – индивидуальная непереносимость препаратов. Принципы применения лекарственных средств для терапии ДГПЖ базируются на современных представлениях о патогенезе заболевания. Основные направления медикаментозного лечения ДГПЖ – это препараты первой линии: ингибиторы 5 ? –редуктазы, ? –адреноблокаторы. Также достаточно широко применяются фитотерапевтические препараты, полиеновые антибиотики, аминокислотные комплексы, экстракты органов животных и комбинации этих групп препаратов.

Ингибиторы 5а-редуктазы

К наиболее распространенным методам медикаментозной терапии ДГПЖ относится использование ингибиторов 5 ? –редуктазы (финастерид, эпистерид). Финастерид, являющийся 4–азостероидом, становится конкурентным ингибитором фермента 5 ? –Р, преимущественно второго типа, тем самым блокирует на уровне предстательной железыпревращение тестостерона в ДГТ. Препарат не связывается с андрогенными рецепторами и не обладает побочными эффектами, характерными для гормональных средств. В настоящее время имеется опыт его использования в течение более 3 лет без значимых побочных реакций. Помимо синтетических препаратов, свойством ингибировать 5 ? –Р обладают и препараты растительного происхождения, содержащие, в первую очередь, экстракт Serenoa repens

Блокаторы а-адренорецепторов

• Препараты первой линии для лечения ДГП • Достоверно эффективны при любом размере простаты • Эффективны в отношении обструктивных и ирритативных симптомов • Значимое улучшение симптоматики наступает у большинства больных на 2–4 неделе лечения – самый быстрый эффект • Не влияют на уровень PSA (диагностика рака предстательной железы) • Эффективность подтверждена многочисленными плацебо–контролируемыми клиническими исследованиями • Удобны в применении. Основанием для назначения ? –адреноблокаторов при ДГПЖ послужили накопленные данные о роли нарушения симпатической регуляции в патогенезе заболевания. Из побочных эффектов серьезным является гипотензивный, который бывает чрезмерным даже на фоне базовой артериальной гипертензии, что часто заставляет пациентов отказываться от терапии ? –адреноблокаторами ( J . Gillenwater , D . Mobley [13]). В целом препараты этой группы рекомендуются больным с преимущественно ирритативной симптоматикой ДГПЖ (M. Caine [12], R . Kirby [14], G . Martorana [16], N . Seki [17], J . Wasson [20]). ДГПЖ приводит к увеличению активности симпатических нервных волокон, что вызывает повышение тонуса гладкомышечных структур основания мочевого пузыря, задней уретры и предстательной железы. Процесс гиперплазии преимущественно идет за счет стромального компонента предстательной железы, который содержит до 60% гладкомышечных волокон, являющихся точкой приложения ? –адреноблокаторов. В основе механизма действия ? –адреноблокаторов лежит расслабление гладкой мускулатуры шейки мочевого пузыря и задней уретры вследствие блокады ? 1 –адренорецепторов. Это самая популярная и многочисленная группа препаратов. Неселективные блокаторы ? 1 / ? 2 –адренорецепторов в настоящее время не применяются. Селективные ? 1 –адреноблокаторы: – альфузозин; – доксазозин; – теразозин; Селективные ? 1 А–адреноблокаторы: – тамсулозин. Исследования последних лет показывают практически одинаковую эффективность применения различных ? –адреноблокаторов. Уменьшение симптоматики ДГПЖ отмечено в среднем на 50–60%; увеличение максимальной скорости потока мочи в среднем на 30–47%; а снижение количества остаточной мочи в среднем на 50%. Однако благодаря тому, что способность тамсулозина воздействовать на ? 1 A–адренорецепторы в 20 раз превосходит его способность взаимодействовать с ? 1 B–адренорецепторами, которые расположены в гладких мышцах сосудов, препарат не вызывает какого–либо клинически значимого снижения системного АД как у пациентов с артериальной гипертонией, так и у пациентов с нормальным исходным АД.

Дополнительная информация: до появления ? –адреноблокаторов 60% пациентов, получающих этот вид лечения, были бы подвергнуты оперативному вмешательству. Вместе с тем следует отметить тот факт, что в 13–30% эффекта от применения ? –адреноблокаторов не наступает в течение 3–месячного приема. В этом случае дальнейшая терапия препаратами этой группы нецелесообразна.

Фитотерапевтические средства

Ряд клиницистов в результате проведенного исследования сделали вывод, что экстракт Serenoa repens также эффективно снижает симптоматику инфравезикальной обструкции, как и синтетические блокаторы фермента 5 ? –Р, и может быть рекомендован для широкого применения (Л.М. Гориловский [1], Н.А. Лопаткин и соавт. [2], N. Bruchovski et al. [11], C. Sultan et al. [18], T. Tacita et al. [19]). В результате широкомасштабных исследований выявлена значительная клиническая эффективность экстракта Pygeum africanum в терапии ДГПЖ, но без достоверного уменьшения объема простаты. Таким образом, анализ имеющихся данных по применению фитотерапевтических агентов при лечении ДГПЖ позволяет констатировать, что указанные препараты могут оказывать существенное позитивное влияние на субъективные и объективные проявления заболевания.

Прочие лекарственные средства

Клинические исследования применения мепартрицина – производного полиенового антибиотика немногочисленны и свидетельствуют об умеренном достоверном уменьшении симптомов ДГПЖ. Таким образом, лекарственная терапия является, бесспорно, неотъемлемым элементом лечения ДГПЖ и может применяться у пациентов с наличием клинически значимых симптомов заболевания при компенсированной инфравезикальной обструкции динамического типа. В последние годы большое число исследователей приходит к выводу о необходимости проведениякомбинированного лечения ДГПЖ . Проводимые в мире многоцентровые плацебо–контролируемые исследования подтверждают обоснованностьпроведения такого лечения (H. Lepor, 1996; MTOPS, 2001; В.И. Корниенко, 1997; О.Б. Лоран, 1995 и 2002). Полученные данные свидетельствуют о большей эффективности комбинированного лечения ? –адреноблокаторами и финастеридом по сравнению с монотерапией. Эффективность комбинированного лечения составила до 96%, в то время как в группах монотерапии ? –адреноблокаторами – 84% и 74% в группе монотерапии финастеридом. Лечение ДГПЖ представляет важную и пока не до конца разрешенную проблему урологии. Для определения лечебной тактики, выработки показаний к консервативным и оперативным методам, помимо знаний клинической симптоматологии, необходимы данные ультразвуковых, рентгенологических, функциональных исследований [8]. Широкое использование неинвазивных методов диагностики в урологической практике дает возможность врачу выявлять ранние формы заболевания и использовать соответствующую терапию, которая в последующем, несомненно, потребует коррекции в связи с разработкой и внедрением в клиническую практику.

Постоянный адрес материала:

Доброкачественная гиперплазия предстательной железы. современные возможности лечения

Оценка заметки


Компьютерная рентгеновская томография нижних отделов кишечника обеспечивает столь же высокий уровень профилактики злокачественных опухолей, что и колоноскопия

Американские гастроэнтерологи пришли к заключению, что компьютерная рентгеновская томография нижних отделов кишечника обеспечивает столь же высокий уровень профилактики злокачественных опухолей, что и колоноскопия.

Томографическое исследование прямой и ободочной кишок позволяет выявлять полипы и другие новообразования ничуть не хуже, чем осмотр с помощью гибкого оптического зонда. Эти выводы содержатся в статье профессора Пикхардта и его коллег, которая в четверг будет напечатана в \New England Journal of Medicine\.

Постоянный адрес материала:

Компьютерная рентгеновская томография нижних отделов кишечника обеспечивает столь же высокий уровень профилактики злокачественных опухолей, что и колоноскопия

Оценка заметки


Фальшивотаблетчики снабжали подделками всю Россию

Главное управления по борьбе с организованной преступностью МВД России выявило крупную международную преступную группу, участники которой организовали фирму по продаже контрабандных и фальсифицированных лекарственных препаратов, сообщает \Интерфакс\.

"Фирма имела более 50 филиалов в различных регионах России, по предварительной оценке, ее годовой оборот превышал 200 миллионов долларов", - сообщили в пресс-службе ГУБОП.

По данным правоохранительных органов, на складах одной из московских фирм была обнаружена крупная партия фармацевтической продукции - свыше 100 наименований. Среди них широко известные препараты "Но-Шпа", "Трихопол", "Тинидазол" и другие. "Все лекарства ввозились в Россию с нарушением установленных правил из восточноевропейских и азиатских стран", - отметили в пресс-службе ГУБОП.

По фактам деятельности бизнесменов планируется проведение проверок совместно с органами министерства здравоохранения и социального развития России и правоохранительными органами ряда зарубежных стран.

Постоянный адрес материала:

Фальшивотаблетчики снабжали подделками всю россию

Оценка заметки


Стартовал новый проект по изучению конфликтов интересов вокруг медицинских исследований на добровольцах

Американский медицинский институт имени Джонса Хопкинса получил государственный заказ на изучение конфликтов интересов вокруг экспериментальных медицинских исследований с участием добровольцев.

О существовании подобных конфликтов интересов хорошо известно, однако до сих пор не понятно, насколько осведомлены о них пациенты, давая согласие на участие в тех или иных исследовательских проектах. Непроясненные конфликты интересов нередко делают этически сомнительными экспериментальные работы в области медицины. Задача нового проекта - разработать методы выявления подобных конфликтов и доведения информации о них до сведения пациентов.

Постоянный адрес материала:

Стартовал новый проект по изучению конфликтов интересов вокруг медицинских исследований на добровольцах

Оценка заметки


Птичий грипп, возможно, переносится на обуви

Распространение вируса птичьего гриппа связано не только с перелетами птиц. Такое мнение высказал в интервью директор Всероссийского научно-исследовательского ветеринарного института птицеводства, доктор ветеринарных наук Эдуард Джавадов.

По его словам, это подтверждает последняя вспышка гриппа птиц, зарегистрированная в десяти районах и пяти городах Дагестана. "Сезон весенней миграции птиц еще не начался, а вирус гриппа птиц все же распространяется достаточно быстро. Думаю, что инфекция распространяется и другими путями. В частности, возбудитель птичьего гриппа может переноситься на обуви или других предметах, побывавших в зоне распространения вируса", – отметил Джавадов.

По его мнению, распространение птичьего гриппа может произойти быстрее, чем ожидали ученые.

Постоянный адрес материала:

Птичий грипп, возможно, переносится на обуви

Оценка заметки


Гены японского деликатеса помогут науке

Картирование генома ядовитой рыбы Фугу поможет расшифровать гены человека. Ученые, которые сравнили ее наследственную информацию с человеческой, пришли к выводу, что может иметься еще около 900 генов, пока не выявленных у человека, которые выполняют ту же функцию, что и у рыб. Предполагается, что к моменту окончания работы их будет еще на тысячу больше.

Изучение рыбьих генов, которое выполняется международной группой британских, американских и сингапурских ученых, будет закончено к апрелю следующего года. Однако уже сейчас исследователи под руководством Самьюэла Апарицио (Samuel Aparicio) из Кембриджского университета, смогли извлечь информацию, важную для исследователей генома человека.

Они сравнивали белки, синтезируемые на основе генов рыбы Фугу, с теми, что содержатся в базе данных по белкам человека. Если обнаруживалось сходство, а белок не был еще «закреплен» за каким-либо человеческим геном, соответствующий ген рыбы заносился в специальный список. Предполагается, что подобная работа по сравнению человека с мышью появится уже до конца года.

Рыба Фугу была выбрана для картирования генома как один из наиболее древних предков человека. Разделение этих двух ветвей произошло 450 миллионов лет назад. Количество генов у нее примерно такое же, как у человека, хотя количество «букв» генетического кода примерно в десять раз меньше. Ученых удивили некоторые гены рыбы, например те, которые были в четыре раза больше соответствующих человеческих.

Результаты этого исследования появились на страницах журнала Science.

Постоянный адрес материала:

Гены японского деликатеса помогут науке

Оценка заметки


Изучение особенностей личности ВИЧ-инфицированных женщин в условиях пеницитарного учреждения

Коваленко С.Н., Соловьева С.Л.
Государственная медицинская академия им. И.И. Мечникова, г. С-Петербург

Заболеваемость ВИЧ-инфекцией во всем мире и в России имеет тенденцию к росту. Более быстро растет число заболевших среди лиц молодого возраста, употребляющих наркотики. Становится все более очевидным, что наряду с социальными и медицинскими вопросами требуется изучение психологических закономерностей становления наркомании. Одно из приоритетных направлений – изучение особенностей личности, ее социально-психологических характеристик.

Личность всегда имеет и несет в себе скрытые энергии, внутренние потенции. В начале жизни эти качества обладают различным диапазоном неопределенности, постепенно, благодаря характеру воспитания и контактам с соответствующей микросредой, они развиваются в определенном социальном направлении и становятся все более однозначными.

В отличие от типов темперамента и черт характера, являющихся устойчивыми и практически неизменными параметрами психической индивидуальности, качества личности могут изменяться в течение жизни. Перед каждой личностью в определенные моменты открываются перспективы изменения и границы этих перемен тесно связаны с социальным окружением.

По данным многих авторов, асоциальное поведение лиц, употреблявших наркотики наблюдается еще задолго до начала наркозависимости [2]. В подростковом возрасте это проявлялось в мелком хулиганстве, бродяжничестве, вымогательстве денег у младших, ранней беспорядочной половой активности.

Объектом нашего исследования стали лица, употреблявшие инъекционные наркотики, являющиеся носителями ВИЧ-инфекции с хронической формой гепатита В и С, и находящихся в условиях пеницитарного учреждения.

Материал и методы исследования. Обследованы две группы заключенных женщин по 100 человек в возрасте от 20 до 35 лет. Рандомизация исследования осуществлялась по мере поступления заключенных с этапа. Срок содержания под стражей в обеих группах варьировался от полутора до трех лет. Первая группа из 100 человек набиралась из инфицированных заключенных и являлась основным объектом исследования. Вторая группа из 100 человек состояла из лиц, не предъявляющих вышеуказанного диагноза, практически здоровых заключенных и была выбрана в качестве группы контроля. Все женщины, как здоровые, так и вирусоносительницы, проживают в общих комнатах барачного типа.

Для оценки особенностей психического состояния всех обследуемых заключенных использовался СМОЛ, так называемый «Мини-мульт», адаптивный вариант MMPI, содержащий 71 вопрос [1]. В методике СМОЛ свойства личности по показателям «мужественности-женственности» и социальной инверсии не оцениваются. Данный тест содержит 11 шкал, из которых 3 – оценочные, измеряющие искренность, степень достоверности результатов теста и величину коррекции, вносимую чрезмерной осторожностью испытуемого. Остальные восемь шкал являются базисными и оценивают свойства личности по показателям ипохондрии (Hs), депрессии (D), истерии (Hy), психопатии (Pd), паранойяльности (Pa), психостении (Pt), шизоидности (Sc), гипомании (Ma).

Все обследуемые, прошедшие тест СМОЛ, имели достоверные результаты и значения по контрольным шкалам, указывающим на адекватное отношение к исследованию. Нами не были включены в усредненные показатели по профилю личности в обеих группах 5% результатов опросных листов по причине высоких показателей по шкале лжи и достоверности.

Результаты исследования и их обсуждение. По результатам теста СМОЛ группа инфицированных заключенных была разделена на 2 подгруппы. Для первой подгруппы оказалось характерным наибольшее повышение показателей по шкалам депрессии, истерии и психостении. Во второй группе было отмечено повышение показателей в профиле только по шкалам психостении и шизоидности. Средние показатели по группам представлены в профилях на рисунке 1.

Данные результатов по группе контроля представлены на рисунке 2. Здесь мы наблюдали более ровные показатели по шкалам. Для здоровых заключенных оказалось характерным понижение профиля к шкале истерии с дальнейшим плавным ростом баллов к шкале шизоидность.

Рис.1. Усредненный профиль личности заключенных инфицированных больных по результатам СМОЛ

Рис.2.Усредненный профиль личности заключенных группы контроля по результатам СМОЛ

По оси ординат – Т-баллы, по оси абцисс – оценочные (L, F, K и клинические шкалы).
Шкала Hs – ипохондрия, D – депрессия, Hy – конверсионная истерия, Pd – асоциальная психопатия, Ра – паранойяльность, Pt – психастения, Sc – шизоидность, Ма – гипомания.

Профили личности заключенных женщин, ВИЧ-инфицированных с гепатитом В и С, как видно из представленных графиков на рис.1 и 2, не значительно отличаются от профилей личности заключенных группы контроля и находятся в пределах нормы. Все профили не превышают верхней границы – 70Т.

Рассмотрим подробнее каждый показатель. В группе инфицированных заключенных наблюдалось в личностных профилях преобладание 1, 2, 7 и 8 шкал над другими, иными словами повышение показателей по невротической и психотической шкале. Преобладание 1 шкалы говорит нам об акцентуации характера по типу сенситивно-тревожной (мнительной) личности. Увеличение показателей по 2 шкале позволяет нам делать вывод о пессимистичном настрое личности. Это, безусловно, объясняется знанием каждой из заключенных о своем диагнозе и частично о будущем прогнозе болезни. Незначительное увеличение тревожного фона усиливало в этой группе соматизацию физического состояния и пассивно-страдательное поведение.

Для обследуемых лиц данной группы характерны следующие личностные особенности: относительно высокий уровень осознания имеющихся у себя проблем через призму неудовлетворенности и пессимистической оценки своих перспектив, инертность в принятии решений и неуверенность в своих возможностях. Такая позиция стала для многих одной из форм самозащиты своего нереализованного Я – «меня так воспитали, и это они виноваты в моих проблемах».

Повышенные показатели по 7 и 8 шкалам также говорили нам о наличии у обследуемых значительного состояния тревоги, что в сочетании с 8 шкалой приводило к ограничительному поведению и проявлениям навязчивостей (ритуалы, страхи, мысли). При этом выявлялись проблемы заниженной самооценки, периодическое самоуничижение и комплекс неполноценности, а также иррациональный тип реакции на стресс с уходом в ирреальный мир фантазий.

Многие из обследуемых женщин, как инфицированных, так и из группы контроля, имели в своем профиле повешение по 8 шкале. Таким лицам свойственен шизоидный (аутистический) тип личности, общей чертой которого является сочетание повышенной чувствительности с эмоциональной холодностью и отчужденностью в межличностных отношениях.

На рис.2 представлен усредненный профиль личности лиц контрольной группы. Значительное повышение профиля наблюдается у заключенных женщин только по 8 шкале. Превышение данных 8 шкалы говорит об акцентуации по типу «сенситивный шизоид», что проявляется в сверхобидчивости, болезненном самолюбии, ригидности мышления и поведения, а также «застревании» на негативных переживаниях.

Проведенное исследование позволяет нам сделать следующие выводы:

Бывшие наркозависимые, ВИЧ-инфицированные с гепатитом В и С представляют собой ипохондрические личности с выраженными трудностями в социальной адаптации, выраженной тревогой, невротизацией и наличием депрессивного состояния.

Возникающая у них тревога чаще связывается ими с состоянием своего физического здоровья, а не нахождением в условиях пеницитарного учреждения.

Данные лица еще в подростковом возрасте, скорее всего, отличались внушаемостью, стремлением к подражанию, слабостью волевых процессов, иждивенческими установками с уклонением от любого вида труда. Все обследуемые имеют среднее образование, многие из них даже незаконченное. Основная работа – швея или продавец в ларьке.

Постоянный адрес материала:

Изучение особенностей личности вич-инфицированных женщин в условиях пеницитарного учреждения

Оценка заметки


Самой эффективной оказалась низкоуглеводная диета

Израильские ученые провели 2-х летние сравнительное испытание эффективности популярных диет для похудения. Испытание проводилось на 322 сотрудниках ядерного научного центра в Димоне, страдающих лишним весом.

Приблизительно равные группы 2 года худели с помощью 3 диет – диеты с низким содержанием жиров (рекомендована Американской ассоциацией сердца), средиземноморской диеты и диеты с низким содержанием углеводов – так назваемая диета Аткинса (Atkins diet). Причем первые две предполагали ограничение калорий, диета Аткинса таких ограничений не предусматривала. По результатам исследования диеты расположились следующим образом: самой эффективной оказалась диета с низким содержанием углеводов – пациенты похудели в среднем на 5,6 кг, на втором месте – средиземноморская диета – около 4 кг, на третьем – диета с низким содержанием жира – 3,5 кг. Причем целый ряд метаболических показателей так же был лучше у людей, соблюдавших диету Аткинса.

Постоянный адрес материала:

Самой эффективной оказалась низкоуглеводная диета

Оценка заметки




 Knowledge Base